12 февраля обновленцы и экуменисты отмечают свой новый праздник – день “Встречи в гаванском аэропорту папы и его друга Патриарха”. А Русская Православная Церковь скорбит – ведь этим “другом папы” оказался ни кто иной, как тот, кто был поставлен Господом блюсти чистоту Православной веры в России, проповедывать народу истину Учения Христа и вести верующих к Богу.
“Проклинайте”, – заповедывал святой, а не привечайте. Любимый ученик Иисуса Христа, Апостол и Евангелист Иоанн Богослов, еще ранее сказал, что “кто приходит к вам и не приносит сего учения, (учения Православия), того не принимайте в дом и не приветствуйте его” (2 Ин.1:10-11). Вдумайтесь, пожалуйста, в эти слова! Апостол повелевает не только не принимать иноверцев, но даже просто не приветствовать их. Ученик Христа объясняет свои слова так: “Ибо приветствующий его участвует в злых делах его” (2 Ин.1, 10-11). Блаженный Феофилакт Болгарский именно так толкует слова Иоанна Богослова:
“Апостол предостерегает, чтобы они приходящего к ним без исповедания учения Христова не только не принимали под кров свой, но и не удостаивали приветствия, потому что приветствие от нас должно быть делаемо только тем, кои единонравны и единоверны с нами. Ибо кому мы должны молить благополучия, как не единонравным и единоверным с нами? Если же будем приветствовать нечестивых, что прилично только в отношении к единонравным и единоверным; то этим показываем, что мы в общении с ними, и что они уже увлекли нас в свое нечестие. Причиной, почему настоящее и следующее за ним послание изложены кратко, апостол поставляет то, что надеется придти сам и при личном свидании восполнить недостающее”.
Латиняне же, согласно словам святителя Фотия Константинопольского, “не только внесли другие беззакония, но дошли до такого преизбытка дерзости, что даже в святой Символ Веры, который всеми соборными постановлениями предписано хранить неизменным, дерзнули ввести ложь (о, ухищрения лукавого!), будто Святой Дух не только от Отца, но и от Сына исходит, и тем исказили основной догмат о Святой Троице. …Это чрезмерное богохульство (filioque), которое противно Евангелию, противоречит святым Соборам, отвергает блаженных и святых Отцов… Эта хула и богоборческий глас, который вооружается против всех взятых пророков, апостолов, святителей, мучеников и даже самих слов Господа … этих обманщиков и богоборцев мы соборно и божественным гласом осуждаем. …Мы их исключаем от всякого христианского общения… только по причине хулы на Святого Духа… и этого достаточно, чтобы возложить на них бесчисленные анафемы … чтобы мы отделили от тела Церкви гангрену хулы…. , дабы искоренить росток зла”.
“Итак, представляя себе общего Владыку, сидящего на Престоле, будь внимателен к себе, не раздирай и не разделяй Церкви, отторгаясь от благодати и возвращаясь к закону, так как и закон принадлежит Ему. И что говорю – закон? Ему принадлежат все жившие и в законе, и до закона. И не закон потребует у тебя отчета, а Христос, как у тебя, так и у всего человеческого рода.
(Апостол) продолжает рассуждать о том же предмете, говоря: “судите о том, как бы не подавать брату случая к преткновению или соблазну” (Римл. 14:13).
Смотри же, какому мы подвергнемся наказанию, если просто соблазняем ближних? …Чего будем достойны мы, когда соблазняем брата? …Чего не навлечем мы на себя, соблазняя другого?
…Ведь мы дадим ответ не за свои только грехи, но и за все то, в чем мы служили соблазном для других. А если трудно отвечать и за свои грехи, то, как мы спасемся, когда на нас будет возложена и эта ответственность? Не будем же считать для себя извинением того, что найдем сообщников в наших грехах, так как от этого увеличится только наше наказание.
…И ты, если сделаешься виновником гибели других, подвергнешься более тяжкому наказанию, чем доведенные тобой до падения. Не так пагубно самому согрешить, как ввести в грех других, почему (апостол) и говорит: “однако, не только их делают, но и делающих одобряют” (Рим. 1:32). Таким образом, когда мы видим, что другие грешат, не только не станем побуждать их к греху, но постараемся извлечь из бездны порока, чтобы за гибель других нам самим не подвергнуться наказанию; будем непрестанно помнить о Страшном суде, об огненной реке, о неразрешимых узах, о непроницаемом мраке, о скрежете зубов и ядовитом черве. Но Бог человеколюбив, говоришь ты. Значит, по-твоему, все это одни слова?
…Неужели все это одни только угрозы? Да, говоришь ты. Но на каком основании, скажи мне, ты осмеливаешься утверждать это и произносить от себя такой приговор? Я могу доказать тебе противное на основании и слов, и дел Христа. Если ты не веришь относительно будущего наказания, то, по крайней мере, поверь тому, что уже совершилось, так как то, что уже было, что исполнилось на самом деле, не пустые угрозы и слова. Кто при Ное навел потоп на всю вселенную, произвел столь ужасное истребление водой и гибель всего нашего рода? Кто потом низвел молнию и огонь на землю содомскую? Кто погрузил в море целый Египет? Кто истребил шестьсот тысяч человек в пустыне? Кто попалил огнем сонм Авиронов? Кто повелел земле разверзнуть уста свои и поглотить Корея, Дафана и бывших с ними? Кто при Давиде в одно мгновение поразил семьдесят тысяч? Упоминать ли еще о наказаниях в отдельности? О Каине, преданном на непрестанное мучение? О сыне Хармиине, который был побит камнями со всем его родом? О собиравшем дрова в субботу и подвергшемся такому же наказанию? О сорока двух отроках, которые при Елисее были съедены зверями и которым не послужил извинением юный их возраст?”